Я всегда подозревала, что я какая-то не такая
Я всегда подозревала, что я какая-то не такая, как все. Что мне непонятны многие действия и поведение людей. Как-то я даже читала про аутизм, потому что заподозрила его у себя, — но то ли информация была какая-то плохая, то ли я искала плохо, короче, не знаю, прошла мимо.
Скажу сразу: меня совсем не мучает мой РАС. Что есть, что нет — за 32 года я научилась приспосабливаться к некоторым особенностям своего поведения. Для меня стало открытием, что я так много работаю в фоновом режиме, — и стало понятно, почему я так устаю.
Детский сад
Меня пытались водить в детский садик, но каждое утро я плакала до рвоты. Так было несколько лет. Мама думала, что я просто не могу привыкнуть, но привыкания так и не было — года два, наверное.
Меня пробовали провожать до ворот, чтобы я дошла сама. Пробовали оставлять одну в коридоре, пока я не успокоюсь, но я всё равно ревела и ревела. Я не играла и не общалась с другими детьми, сидела только с воспитательницами. Мама всё время отправляла меня поиграть с другими детьми во дворе — так можно было в девяностые, — но я не шла к детям, я шла к бабушкам на скамейку.
Бабушка очень волновалась, что я не смогу ходить в школу, потому что я не социализирована. Меня сводили к психологу в детском саду, и она сказала, что не надо мучить ребёнка: если есть возможность сидеть с ней дома, пусть сидит дома. Дома всё было хорошо. Да и в школу я пошла абсолютно нормально — там было чёткое расписание и правила, поэтому нормально.
Лагерь
Меня всё время пытались отправлять в детский лагерь, потому что мама ездила в детстве на три смены и ей очень нравилось. Я же приезжала туда, рыдала, и меня увозили домой.
Один раз мама поехала со мной. Она у меня повар и устроилась в лагерь поваром. Мы поехали вместе. Пока не началась смена и не было других детей, всё было нормально. Но как только все приехали и мы пошли на линейку — всё: ком в горле, голова кружится и слёзы рекой. Ну, мы уехали домой. Теория, что я мамина дочка, не доказалась.
«Откуда ты такая у нас взялась»
Мама с бабушкой всё время не понимали моего поведения: почему все дети как дети, а ты нелюдь. Говорили, что у нас в семье таких не было, и задавались вопросом, откуда ты такая у нас взялась. Что если бы не внешнее сходство, то они бы подумали, что меня подменили в роддоме.
У нас в семье все всегда рады общению, застолье — это круто. А ты всё одна в комнате сидишь и не разговариваешь ни с кем, всё надо щипцами вытягивать. Ругали меня за то, что приезжают родственники в гости, а я убегаю в свою комнату с кошкой и не выхожу. Что это неуважение и вообще некультурно.
Но что было, то было. Я не держу никаких обид и злости за это на них. Все люди разные, а мы так оказались вообще разные. Я придерживаюсь мысли, что нас не убивает — делает нас сильнее. А просто так обижаться никакого смысла нет.
Как я узнала
Вообще я два года лечу циклотимию. А вот аутизм именно как диагноз появился случайно.
До этого я за собой никаких признаков не замечала. Мне казалось, что это просто моя обычная жизнь. Всё вылезло только тогда, когда появились депрессия и циклотимия.
Как-то пришли мама с бабушкой в гости, и мы обсуждали малышку моей подруги — что она так быстро растёт. И вдруг бабушка говорит: а ты вообще только в два года начала говорить, а в три уже читала книжки.
И тут я вспомнила те свои мысли по поводу РАС. Я знала, что это один из признаков. Я собрала всю информацию и пошла к психиатру, который специализируется на РАС. Он задавал мне много вопросов, в основном про детство. В итоге сказал, что он вообще не сторонник гипердиагностики, но тут всё понятно: у вас высокофункциональный маскированный РАС. Как-то так.
Что мне дал диагноз
И меня это успокоило. Я как будто получила признание своим странностям. Но главное — я получила в диагнозе понятие, что мне делать. Может, даже как оправдание какое-то. Для себя. Понимание, что мои странности на самом деле, может, и не странности, а вот просто ну вот так вот.
И я получила разрешение себе на отдых — понимая, почему. Не просто потому, что отдыхать надо всем. И мой отдых он другой: одной в кровати, в тишине. Раньше меня всё напрягало: вот другие отдыхают же, куда-то едут, общаются, а мне почему тогда лучше всего одной в тишине-то? Почему для меня светская беседа ни о чём — это просто пытка?
Что изменилось
Постоянное ковыряние в себе ушло.
Я вот смотрю перед сном один и тот же сериал много лет, меня это успокаивает. Раньше я думала: ну вот, все смотрят полезные видео, читают, развиваются, а я что? Почему у меня нет сил на новое? Пыталась, старалась, но всё никак. Теперь я поняла: это просто мой ритуал для того, чтобы нервная система отдохнула. И мой способ такой, и всё. Без чувства вины. Будут силы — пойду посмотрю что-то другое.
Ещё я всё время трогаю волосы, когда что-то делаю. Они всё время секутся поэтому. И я столько себя ругала за то, что я это делаю. Теперь я просто поняла, что это никуда не денется и что надо просто занимать руки чем-то другим, а не просто ругать себя.
Поняла, что бессмысленные разговоры есть не потому, что люди глупые. А просто вот так. Это не глупость, а просто я их не понимаю. Не сижу и не обдумываю, почему они вообще об этом говорят.
Внешняя обстановка на меня больше не давит. Я знаю, что если я в компании людей, то мне надо иногда побыть одной: могу просто пойти в туалет и немного отдохнуть. Я не объясняю людям, что ухожу, потому что у меня аутизм. Говорю, что у меня с животом проблемы: это всем понятно и не возникает никаких вопросов. Объяснить, что у меня аутизм и я перегреваюсь от болтовни, — это сложно. Знаю, что после тусовки мне надо отдыхать целый день. Два дня для меня тяжело. Поэтому на следующий день я отдыхаю своим способом — в кровати и в тишине.
Розетки и ярлычки
У меня сильно пищат розетки, всегда. Я прям их слышу. Муж вот не слышит и всё время говорил: ну зачем всё время всё выключать из розеток? Ну вот, наконец-то я нашла объяснение почему. Что это не придумка моя, а реально там есть звук, частоту которого никто не слышит.
Ещё для меня было открытием, что не все срезают ярлычки с одежды, которые касаются кожи. Оказывается, их никто не замечает. Я, если не срежу, вообще не могу это отключить. Пока не устранишь проблему, думать о другом не получается.
Человек-система
В моей голове всегда рисуется блок-схема. Всегда есть входные и выходные данные, условия. Вот по ней и действуешь. Меня называют человек-система: я строю её из всего, что вижу. Вот я и работала архитектором информационных систем. Это прям нравилось мне — узкий интерес. Но для меня делать системы — это прекрасно. Когда всё по полочкам, где всё наглядно и понятно и без ошибок.
У меня узкие интересы, остальные их не понимают. А я не понимаю, как можно интересоваться какими-то вечеринками или брендовой одеждой. Ну, это так, пример.
Все мои мысли — про то, имеет ли это смысл обсуждать. Какая практическая польза от этих действий? Если нет — просто забыли и пошли дальше. Какой-то груз обид нести просто нет смысла в моём мире. Поэтому мне нечего разбирать у психолога.
Главное открытие
Наверное, главное открытие для меня — что люди разные и люди могут не понимать друг друга. Как бы банально это ни звучало. Есть моё мышление, есть другое. Нет правильного и неправильного.
От этого понимания ушло постоянное копание в себе. Не тратятся силы на обдумывание того, что я что-то делаю не так, как мне подстроиться под других, как сделать, чтобы быть как все. Никак. Живу как живу. И подстраиваюсь так, как мне удобно.
Я никому не говорю о диагнозе. Он для меня не щит. Знают близкие, муж и пара друзей — те, кому это важно, так как наше взаимодействие постоянное.
«Вы просто не умеете их готовить»
Я ищу плюсы во всём этом. Знаю, что моё систематизирование всего вокруг может быть полезно, применяю это в работе. И это получается у меня и хобби, и работа.
Помню, реклама когда-то была по телевизору: «вы просто не умеете их готовить». Вот и тут я сравниваю так же. Что есть, то есть, менять тут не получится, да и зачем. Просто надо понять, что это, и научиться «готовить».