Что не так с лентой

Даже если бы восприятие работало идеально, остаётся вторая проблема: материал, по которому мы себя проверяем. Контент о психике в лентах коротких видео измеряли — и цифры отрезвляют.

Половина мимо критериев

Исследователи несколько раз брали самые популярные ролики о психических расстройствах и отдавали их на оценку клиницистам. Результаты сходятся между собой. В топе роликов про СДВГ лишь около половины утверждений о симптомах соответствуют диагностическим критериям. Про аутизм — примерно четверть роликов точные, остальные либо неточные, либо выдают опыт части людей за весь спектр. Про диссоциативное расстройство в коротких видео полезными оказались единицы процентов.

Самая красноречивая цифра — из свежего разбора роликов про СДВГ: среди неверных утверждений 68,5% описывали нормальный человеческий опыт, поданный как симптом. Прокрастинация, рассеянность, усталость, «не могу заставить себя» — то, что бывает у всех, в ленте становится «верным признаком расстройства». И ещё две детали из того же разбора: ни один автор топовых роликов не был врачом или психологом, а примерно у половины авторов был финансовый интерес — курсы, добавки, консультации.

Алгоритму нужна не точность

Почему так? Не потому, что авторы злодеи. Лента устроена просто: она поднимает то, что собирает внимание. А внимание собирает яркое, категоричное и личное — «10 признаков», «ты всю жизнь не знал», история с драматической аркой. Осторожное «это может быть много чем, нужна очная диагностика» не собирает ничего. Проверено и это: неточные ролики набирают столько же лайков и просмотров, сколько точные, а личные влоги обгоняют по вовлечению более качественный контент специалистов. Алгоритм оптимизирует вовлечение — точность в его задачу не входит.

Мода на диагнозы

На это накладывается человеческое: у эпох бывают «модные» диагнозы. Российские психиатры описывают эту хронологию прямо: в начале нулевых — панические атаки и депрессия, затем биполярное расстройство, в последние годы — СДВГ и аутичный спектр. Диагноз в ленте становится частью образа: он объясняет трудности, даёт принадлежность к сообществу, звучит интереснее, чем «я не высыпаюсь». Клиницисты замечают и другое: люди чаще примеряют диагнозы, которые «выглядят привлекательно» — необычность, творческость, глубина. Реальная жизнь с реальным расстройством в этот образ обычно не помещается — она менее фотогенична. Важно только не сделать отсюда обратный вывод: мода на диагноз не значит, что расстройства не существует. Взрослый СДВГ — реальное и десятилетиями пропускаемое состояние (почему его находят так поздно); модной бывает картинка в ленте, а не сам диагноз.

У крайней формы этого механизма есть даже клиническое описание: несколько лет назад по миру прокатилась волна подростков с внезапными двигательными и звуковыми симптомами, скопированными у популярных блогеров с тиками. При обследовании эти состояния оказались функциональными — отличимыми от настоящих тиков — и большинству помогло разъяснение и терапия. Важно: страдание этих людей было настоящим, «выдумкой» его называть нельзя. Но источником картины симптомов была лента.

Два кривых зеркала — теперь оба

В статье «Ловушка сравнения» разобрано первое кривое зеркало: новости и кино показывают только крайние, тяжёлые случаи — и человек с реальным «средним» состоянием решает «у меня ничего нет». Лента коротких видео — второе зеркало, выгнутое в другую сторону: она подаёт обычный человеческий опыт как симптомы — и человек без расстройства находит у себя «всё сразу». Оба зеркала врут об одном и том же — о том, где проходит граница между нормой и состоянием, которое пора проверить. Настоящая граница проходит не в ленте, о ней — глава 5.