Если это начальник или коллега

Слово «нарцисс» на работе звучит чаще, чем где-либо ещё, и чаще всего не по делу: начальник-самодур и человек с расстройством — не одно и то же. Но рабочая ситуация стоит отдельной главы по другой причине: из неё нельзя просто выйти в другую комнату.

Почему такие люди часто оказываются наверху

Это не ощущение обиженных подчинённых, это измерено. Мета-анализ исследований показал: нарциссические черты связаны с тем, что человека выбирают лидером. Связь небольшая, но устойчивая. А вот с тем, насколько он хороший руководитель, линейной связи нет вовсе — зависимость получилась перевёрнутой дугой: немного помогает, много мешает.

Есть в этих данных и деталь, от которой смешно и грустно одновременно. Чем выше нарциссизм, тем выше человек оценивает себя как руководителя — связь заметная. А вот коллеги, подчинённые и вышестоящие такой оценки не разделяют: у них связь заметно слабее, а у коллег практически нулевая.

Почему так выходит, понятно. На собеседовании и в первые недели эти качества выглядят ровно как то, что ищут: уверенность, масштаб, готовность брать на себя. Трудности начинаются позже, а к тому времени человек уже назначен.

Как это выглядит изнутри команды

• Чужая работа незаметно становится сначала общей, а потом его.
• Ошибки всегда чьи-то: разбор превращается в поиск виноватого, а не причины.
• Есть любимчики и есть вычеркнутые, и списки время от времени меняются.
• Совещание нужно не чтобы решить, а чтобы подтвердить уже решённое.
• Возразить невозможно: даже аккуратное замечание читается как нападение.
• Сильные специалисты уходят, и каждому уходу находится отдельное объяснение.

Чем это платится

Свежий мета-анализ собрал почти семь десятков исследований и получил довольно однозначную картину: нарциссизм руководителя связан с худшим психологическим и социальным благополучием сотрудников. Причём связь сильнее там, где её оценивают сами сотрудники, а не руководитель про себя, — и сильнее в культурах, где начальника не принято оспаривать.

Проще говоря, платят за это люди вокруг. Сам человек до определённого момента не платит почти ничего — и это одна из причин, почему ничего не меняется само.

Что помогает, пока работаешь там

• Письменные следы. Договорённости, задачи, сроки — в почте или в трекере, спокойно и без подтекста. Это не война, это просто память, которая не зависит от чужой версии событий.
• Не спорить при других. Замечание при свидетелях задевает сильнее всего и почти гарантированно вернётся. Если возразить нужно — один на один и про задачу, а не про человека.
• Оставлять место в идее. Некрасиво, зато работает: предложение, в котором руководитель оказывается соавтором, имеет шанс дожить до реализации.
• Не искать у него справедливости. Приходить к нему с обидой на него — значит просить починить ровно то, чем он и является.
• Не покупать безопасность за счёт других. Место любимчика даётся ненадолго и отбирается без объяснений, а отношения с коллегами за это время портятся насовсем.
• Разговаривать с коллегами. Самое разрушительное в таких командах — ощущение, что это только с тобой и что ты всё преувеличиваешь.

Что не работает

• Доказать, что он неправ. Аргументы здесь оцениваются не по содержанию, а по тому, кто их принёс.
• Сказать или намекнуть, что он нарцисс. Это не открывает глаза, а переводит рабочий конфликт в личную войну.
• Ждать, что кадровая служба разберётся сама. Без дат, фактов и переписки разговор сворачивается в «сложные отношения в коллективе».
• Терпеть в расчёте, что его в конце концов заметят сверху. Сверху такие руководители как раз выглядят хорошо — про это была первая часть главы.

Когда пора уходить

Признаки, по которым стоит считать, что цена стала слишком высокой: испортился сон; воскресный вечер отравлен мыслями о понедельнике; дома разговор уходит только на работу. И главный — если начинает казаться, что дело в тебе и что ты правда стал хуже как специалист. Изнутри это ощущается как объективный факт, а чаще всего является результатом происходящего, а не его причиной.

И отдельно про мысль «да везде так». Плохие руководители есть везде, это правда. Но из этого не следует, что нормальных не бывает, — следует только то, что выбирать придётся внимательнее.